ВЕХИ ПАМЯТИ

ВЕХИ ПАМЯТИ

ВЕХИ ПАМЯТИ
ВЗРОСЛЫЕ ДЕТИ ВОЕННОЙ ПОРЫ
Мне уже лет. Мои детство и юность прошли в деревне. Сельская детвора, как известно, рано приобщается к труду. Помню, перед войной, нас, детей - лет, взрослые уже брали иногда на прополку, сушку сена и другие работы. Мы не знали тогда, что вскоре нам придется полностью заменить отцов и братьев на полях. В минуты отдыха в разговорах взрослых, особенно мужчин, часто затрагивались военные темы. Ожидали приближения войны. Но была уверенность, что Красная Армия быстро разгромит противника малыми силами. Мы, дети, молчаливо слушали и гордились своим государством.
О начале войны я услышал вечером июня на «пятачке», где под веселые звуки гармошки веселилась и отдыхала сельская молодежь. Эту страшную весть сообщил колхозник, у которого был детекторный радиоприемник. А с утра в деревне появились посыльные от райвоенкомата с повестками по мобилизации мужчин в армию. Паники среди населения не было. Возникла только тревога за ведение личного хозяйства без главы семьи. Приободряла надежда на скорую победу над фашистами и благополучное возвращение домой защитников Родины. Многое изменилось, когда стали поступать сообщения о быстром продвижении врага вглубь территории нашей страны, и особенно - с получением первых похоронок о погибших в боях односельчан. В войну дети взрослели быстрее. С началом нового учебного года лишь трое из двадцати пошли в --й классы. Остальные остались трудиться в колхозе. В лет меня научили косить траву, а через год мой дед Никита брал меня уже в росу. Не отставали и мои сверстники. Пусть мы скашивали значиьно меньше, чем взрослые, но, главное, были горды своим вкладом в заготовку кормов на зиму для колхозных лошадок и коров. Очень скоро по разнарядке колхоз отправил партию лошадей в действующую армию. Руководству колхоза пришлось обратиться за помощью в районную МТС. На наших полях впервые появились трактора. По сегодняшним меркам, это были слабосильные машины, не оснащенные навесными прицепами. Поэтому, например, при вспашке земли плуг запускал прицепщик. Я до сих пор помню этот тяжелейший труд, поскольку работал прицепщиком три сезона. Из-под колес трактора густым клубом выбрасывалась сухая пыль, забивая уши и глаза. Тяжело было и при уборке хлебов. Рожь (пшеницу тогда не сеяли) сжинали серпами. Трудились с утра до позднего вечера. Помню, как нестерпимо болела спина от работы в полусогнутом состоянии. Чтобы снять боль, взрослые посылали нас покататься на земле в конце полосы. Мы, молодые, принимали эту процедуру, как магическое средство. Я уже потом разобрался, в чем тут дело. Облегчение наступило от того, что человек шел, выпрямившись, до конца полосы и обратно. Да еще и по земле поваляется. Запомнился обмолот гороха. Его стебли сильно переплетаются между собой. Требуется большая сила для разъединения руна. Так уж случилось, что вместо --х человек, я, мальчишка, остался один. Почувствовал, что не успеваю загружать молотильную машину. Старался изо всех сил. Дело кончилось тем, что от физического перенапряжения я заплакал, сел на землю совершенно обессиленный. Такое со мной было впервые в жизни. Уйти с рабочего места не позволялось. Дали в помощь моего сверстника, и работа продолжалась. Весной вручную на колхозных полях сажали картофель, расширяли посевные площади, осенью убирали корнеплоды. От многодневного труда с лопатой на руках появлялись сухие мозоли. Чтобы они не мешали в работе, приходилось их срезать ножницами. Наступил год. Были призваны в армию парни нашего села года рождения. Мы, кто еще помоложе, оставались и получали наряды на выполнение более тяжелых работ. Приезжала в колхоз трехтонная грузовая машина за зерном по госпоставке. Бригадир отдал распоряжение загрузить транспорт мешками с рожью. Вес каждого не менее кг. Прихожу на рабочее место, а там двое -летних юношей - моих сверстников и девушки на год нас постарше. Нагрузили полную машину и поехали в Киржач, на районный приемный пункт. Там пришлось сгружать мешки не вниз, а таскать на спине по трапу, поскольку бурт был высотой с двухэтажной дом. И так все три тонны.
А впереди были еще и работы на лесоповале. Тогда бензопил не существовало. Обходились традиционной пилой «ты мне, я тебе». Дерево надо было свалить, обрубить сучья, распилить на метровые отрезки, сложить в поленицу, сучки стащить в кучу и сжечь. Меньше пяти кубометров на двоих мы не делали. Разумеется, домой приходили усталые и промокшие. Работали и на вывозке древесины из леса до железнодорожной станции. Нелегко было загружать конные сани. Морозы тогда были крепкие, одежонка не по погоде, да и работа не из легких. Вспоминается один курьезный случай. Война уже близилась к концу. Колхозный бригадир дал наряд нам доставить картофель в село Санино Киржачского района. Загрузили трое саней и поехали. Подъезжаем к складам, а там видим немцев в военной форме, только без погон. От неожиданности оторопели. Но скоро успокоились, увидев наших часовых с автоматами. Немцы обступили, жестами стали предлагать свою помощь в разгрузке, конечно, в расчете на то, чтобы поживиться клубнями. Получив разрешение, брали мешки, предвариьно их развязывали, несли, будто бы спотыкались, падали. Картошка рассыпалась, пленные гурьбой рассовывали клубни по карманам. Наши часовые не препятствовали, а у нас это зрелище вызывало интерес. Почему мы, русские, относились благожелаьно к вчерашним нашим врагам? Ведь в это время на Курской Дуге погиб мой отец, -ти лет от роду. В семье одной из девчат погибли два брата. У третьей девчонки отец пропал без вести, потом пришла похоронка на родного брата. Видимо, благородство заложено Богом в самой душе наших людей. Известие об окончании войны мы встретили в пути. Весной в колхозе не хватило сена, и нас на трех подводах направили в соседнюю деревню. Не доехав до нашего села, мы встретили женщину, которая и сообщила радостную, долгожданную весть. Я сегодня не помню, что мы кричали, но салютовали громко и от души. Впереди нас ждал мирный, но тяжелейший труд, новые испытания, особенно в голодный период - годов. Все дальше и дальше уходят в историю военные годы. Нынешняя молодежь не знает ужасов разрыва бомб и снарядов, свиста пуль и мин. Однако кощунственно смотрятся марши фашистских групп молодежи. Видимо, мы мало доводим до ума людей ценность Великой Победы.
Не покидает и меня чувство неисполненного долга. Из полсотни домов нашего села Фетиново Киржачского района погибло человек, в том числе по двое в шести семьях. Однако до сего времени не увековечены их имена. В селе не установлен памятник. А ведь есть достойное место для обелиска. Мною подготовлен список защитников Родины, уроженцев села. Надеюсь на исполнение благородного долга.
В. ТИХОНОВ, ветеран, труженик тыла, персональный пенсионер, бывший генеральный директор производственного шелкового объединения.